ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.

Спасите «Медузу»!
https://support.meduza.io

«Медуза» продолжает серию публикаций о документальных фильмах, которые во время российского военного вторжения в Украину становятся еще актуальнее и важнее. Каждые выходные кинокритик Антон Долин рассказывает об одной документальной ленте; это как новые фильмы, так и вышедшие несколько лет назад. Мы не планируем ограничиваться украинскими и российскими авторами, зато все эти картины можно посмотреть онлайн. Фильм этой недели — «Стой! Проход запрещен» Сергея Хазова-Кассиа.

Фильм «Стой! Проход запрещен» можно посмотреть здесь.

Одна из героинь этого фильма шутит, что петухи для нее поют поутру трижды: сперва в России, с той стороны границы, потом у нее дома, в Литве, и после этого уже в Польше. Шутка о временных поясах, жизненных укладах, политических различиях? Или о едином пространстве, превратившемся в разные государства, — о когда-то проницаемом и цельном, обретшем черты герметичности и разделившемся навсегда?

Сергей Хазов-Кассиа, чей репортерский взгляд узнаваем в каждой работе, невзирая на жанровые и тематические различия (другие его фильмы посвящены бродячим собакам, сирийской войне, школьному буллингу), снял «Стой! Проход запрещен» по обе стороны российско-литовской границы непосредственно перед тем, как она закрылась из-за эпидемии ковида. Картина стала частью проекта «Радио Свобода» «Признаки жизни». 

Журналистского в фильме больше, чем кинематографического, и это вовсе не недостаток. Однако публицистической и линейной оценки зафиксированных свидетельств здесь тоже нет. Люди живут — а иногда выживают — и в России, и в Литве. Рассуждают о былой жизни, которую не вернуть, — а как иначе? Пытаются нащупать почву под ногами, каждый по-своему. Горечи обычно в этих попытках больше, чем оптимизма. 

Россия. Бывшие сторожа лесхоза, супруги Людмила и Степан, за политикой не следят, изменения в конституции волнуют их мало, поскольку их жизни непосредственно все равно не коснутся. «Путин остается, и дай бог — зачем нам другого. Хоть войн нет никаких!» Идея борьбы с коррупцией Людмилу смешит, чуть настораживает только борьба государства с матом: «А если я жить без него не могу, мне [мат нужен] для связки слов?» Только одному они удивляются — и раньше, конечно, бывало, что «с Литвы питались», так почему же литовская колбаса стоит дешевле российской, и кот ест ее с удовольствием, а от отечественной — отворачивается?

Другой герой фильма — литовец Антанас — выглядит еще менее благополучным. От мата он не воздерживается даже перед камерой. Этот мужчина не то что за Путина бы проголосовал — ему бы лучше Брежнева или Сталина. 

Другая пара — литовцы Геня и Юозас — бывшие учителя истории. Вспоминают, как в советское время боролись за независимость Литвы, как в школах ученики стучали за эту борьбу на преподавателей, а за флаги или надписи на стенах можно было загреметь на два года. С удовольствием снимаются на фоне национального флага — теперь это не запретят — и идут в церковь на проповедь о свободе и независимости родной страны.

И Сергей (он бывший моряк) с Мариной (преподавала музыку в школе) по другую сторону границы ни на что не жалуются. У них гостевой дом, а санкции им только в плюс: больше народу приезжает отдыхать к ним в Калининградскую область. Любимые клиенты — депутаты: никогда не спросят, что сколько стоит, сразу достают пачку денег. 

Прошедшее время в рассказах местных жителей преобладает над настоящим и тем более будущим. Патриархального вида седобородый россиянин Александр ведет экскурсию по, вероятно, самому старому лесничеству на территории России — была усадьба, потом школа, а после того, как пришел СССР, жил тут советский егерь, на нем все и кончилось. Теперь здесь живописные руины и заброшенное кладбище, имена на обломках могил уже не разобрать.

Литовка Онуте сухо перечисляет: «Была школа. Был дом. Была деревня. Жили люди…» Теперь на том же месте только лес. По идее, радость для эколога, на которого училась в университете взрослая дочь Онуте. А потом уехала с дочерью и мужем — в Лондон, Португалию, затем в Копенгаген. Работает там поваром в ресторане гавайской кухни. 

Животные — лучшие персонажи этого фильма: на овцах, коровах, курах, кроликах, котах отдыхает глаз. Они безразличны к границам и историческим вехам. Людям же остаются обрывочные воспоминания, неоправданные надежды и повсеместная колючая проволока. 

Предыдущий фильм серии

Кино в новой реальности. Документальный фильм Аскольда Курова о «Новой газете» Зритель видит работу (теперь уже закрытого) издания изнутри

Антон Долин

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You May Also Like

«Хочется верить, что она раскается и вернется на Родину». Сенатор Исаков — о своей дочери, которая выступила против войны в интервью «Медузе»

«Хочется верить, что она раскается и вернется на Родину». Сенатор Исаков — о своей дочери, которая выступила против войны в интервью «Медузе»

Football fans cry match-fixing after bizarre penalty shootout (VIDEO)

Football fans cry match-fixing after bizarre penalty shootout (VIDEO)

Алексей Учитель покинул оскаровский комитет после отказа российской Киноакадемии выдвигать фильм на «Оскар»

Алексей Учитель покинул оскаровский комитет после отказа российской Киноакадемии выдвигать фильм на «Оскар»

Zelensky’s TV show to get remake in Poland

Zelensky’s TV show to get remake in Poland